Если поставить задачу проследить, как формировалось и трансформировалось понятие «система», то станет очевидным, этот процесс связан с борьбой методологических школ, которые оспаривали друг у друга право определять, что считать системой и как её изучать.
Ниже представлены этапы развития теории систем, выделенные в процессе гибридного анализа
Этап 1. Античность — «система» как космический порядок
Слово «система» появилось в Древней Греции и означало «составленное из частей», «соединение», «строй». Изначально оно применялось к космосу, мировому порядку, всеобщей организованности Вселенной. Аристотель впервые представил категории как систему — не просто список, а упорядоченное целое, где части объясняют друг друга.
Понимание системы: целое, составленное из частей, существующее объективно. Части даны, целое дано — нужно только правильно их упорядочить в мышлении.
Этап 2. Новое время — «система» как система знания
Декарт, Лейбниц, Кант — система понимается главным образом как система знания: упорядоченный свод принципов, из которых выводится всё остальное. Гегель делает шаг дальше: система становится саморазвивающейся целостностью, которая проходит этапы жизни. Но это всё ещё система-идея, система-знание, а не система-объект.
Понимание системы: логически organisedанное множество знаний, где из немногих принципов выводится всё содержание. Система — атрибут мышления, не объекта.
Этап 3. Начало XX века — Богданов и тектология
А. А. Богданов (1912) предлагает тектологию — всеобщую организационную науку. Это первая попытка построить общую теорию систем, независимую от предметной области. Богданов вводит понятие системности, различает организованные, неорганизованные и нейтральные системы, формулирует идею структурной устойчивости.
Понимание системы: организованное целое, существующее объективно, но подчиняющееся всеобщим организационным законам, которые можно изучать отдельно от конкретного материала.
Этап 4. 1940–50-е — Берталанфи и «Общая теория систем»
Л. фон Берталанфи (1937–1968) формулирует Общую теорию систем (ОТС). Ключевое понятие — открытая система, непрерывно взаимодействующая со средой через обмен веществом, энергией, информацией. Берталанфи ищет изоморфизм законов в разных областях — биологии, физике, социологии.
Параллельно Винер создаёт кибернетику — систему как контур управления и связи. RAND Corporation развивает системный анализ — систему как объект проектирования, который можно разложить, оценить, оптимизировать.
Понимание системы: объективно существующая совокупность взаимосвязанных элементов, обладающая эмерджентностью (целое больше суммы частей). Система дана исследователю — его задача правильно её описать. Это онтологический подход.
Этап 5. 1960–70-е — раскол: натуралисты против деятельностников
К этому моменту в системном движении накапливается напряжение. Щедровицкий формулирует его как оппозицию натуралистического и системодеятельностного подходов.
Натуралистический подход (Берталанфи, Эшби, классическая ОТС): система — это объект, который дан исследователю. Исследователь противостоит объекту и применяет к нему набор процедур, которые дают знание. Если знания не сходятся — надо лучше изучать объект.
Деятельностный подход (Щедровицкий, ММК): если наши представления об объекте «нескладны и противоречивы», надо «перестать пялиться на объект» и обратиться к средствам и методам собственной мыследеятельности. Объект задаётся не только материалом природы, но и аппаратом мышления.
Щедровицкий делает радикальный ход: нельзя определять системный подход через понятие системы — это тавтология («системный подход — тот, которым исследуют системы системно»). Система — это «превращённая форма фиксации системного подхода», а не самостоятельный объект. Системная проблема возникает только тогда, когда есть несколько принципиально разных представлений одного объекта, которые нужно соединить.
Понимание системы (деятельностное): система — не объект, а способ организации мышления и деятельности. Система конструируется субъектом, а не дана объективно.
Это и есть гносеологический поворот — система понимается не как свойство объекта, а как способ его задания исследователем.
Этап 6. 1970–80-е — «мягкие» подходы и критическое мышление
На Западе тем временем происходит похожий раскол, но под другим углом. Checkland формулирует мягкий системный подход: жёсткие методы (системный анализ, исследование операций) работают для технических систем, но проваливаются там, где люди со своими ценностями и интересами не поддаются формальному описанию. Flood и Jackson добавляют критическое системное мышление — ни одна методология не универсальна, нужно комбинировать подходы в зависимости от ситуации.
Понимание системы: система — не только структура, но и конструкт, зависящий от мировоззрения и ценностей участников. Появляется множественность: одна и та же ситуация может быть описана как разные системы разными наблюдателями.
Вставка: Несмотря на наличие Теории ИМ (см. Этап 7), где введен постулат системности: “Все есть система”, современное понятие “система (информация DeepSeek: “… современное определение системы можно сформулировать как целостную, упорядоченную совокупность взаимосвязанных элементов, которая обладает эмерджентными свойствами (не сводимыми к свойствам частей), функционирует для достижения определённой цели и взаимодействует с окружающей средой как единое целое, причём само её выделение в качестве системы зависит от целей и задач исследователя.
Этап 7. Теория инвариантного моделирования (Малюта)
На фоне всех этих споров Малюта задаётся вопросом: если каждая школа определяет «систему» по-своему, то что остаётся инвариантным во всех определениях? Что не меняется, кто бы ни смотрел и как бы ни описывал?
Ответ — системные инварианты: гиперкомплексность ($S_1$), динамичность ($S_2$), структурность ($S_3$), целостность ($S_4$), иерархичность ($S_5$), целеполагание ($S_6$), жизненный цикл ($S_7$). Любая система — независимо от того, понимают ли её онтологически (Берталанфи), гносеологически (Щедровицкий) или прагматически (Checkland) — обязана обладать этими инвариантами.
И главное: эти инварианты формализуемы. Их можно выразить на символическом языке (ГДС-графы, гиперкомплексные матрицы, операторы) — а значит, перевести в алгоритм. В отличие от Щедровицкого, у которого символические схемы остаются средством организации мышления и не формализуются до алгоритма, и в отличие от Берталанфи, у которого формализация есть, но нет инвариантной структуры, переносимой между предметными областями.
Понимание системы: совокупность системных инвариантов, формализуемых символическим языком и алгоритмизируемых. Постулат – все есть система.
Сводная таблица: как менялось понятие «система»
| Период | Школа | «Система» — это… | Подход |
| Античность | Аристотель | Космический порядок, целое из частей | Онтологический |
| Новое время | Декарт, Гегель | Система знания, саморазвивающееся целое | Логический |
| 1910-е | Богданов | Организованное целое по всеобщим законам | Онтологический |
| 1940–50-е | Берталанфи, Винер | Открытая совокупность взаимосвязанных элементов с эмерджентностью | Онтологический |
| 1960–70-е | Щедровицкий | Способ организации мышления; не объект, а конструкт деятельности (деятельность подменяется мыследеятельностью | Гносеологический |
| 1970–80-е | Checkland, Jackson | Конструкт, зависящий от ценностей и позиции наблюдателя | Прагматический |
| 1970–80-е | Малюта | Совокупность формализуемых системных инвариантов | Инвариантный |
Чел.: Итак, что же такое система?
А1 ИИ:
Постулат (S-принцип): любой объект, процесс или явление рассматривается как система.
Определение (ГДС): система — это совокупность системных инвариант:
$$S = \sum_{i=1}^{5} S_i = S_1 + S_2 + S_3 + S_4 + S_5$$
- $S_1$ — гиперкомплексность: элементы системы и их свойства
- $S_2$ — динамичность: межэлементные взаимодействия и их свойства
- $S_3$ — структурность: одновременная устойчивая совокупность элементов и взаимодействий
- $S_4$ — эмерджентность (целостность): характеристика системы в целом, которой нет и не может быть ни у одного элемента по отдельности
- $S_5$ — иерархичность: вложенность одних элементов в другие (низшие уровни — в высшие)
Ключевые правила:
- Каждая последующая инварианта может быть реализована тогда и только тогда, когда полностью реализованы все предыдущие. Порядок — от $S_1$ до $S_5$.
- Если какая-либо инварианта в объекте отсутствует, должно быть прямо сказано: она равна нулю.
- Уровень системной организации $C$ — это количество реализованных инвариант. Требование адекватности: $C_M \geq C_O$ (уровень метода ≥ уровня объекта). Современная математика обеспечивает $C \leq 3$. ГДС обеспечивает $C = 5$.
Чел.:
Какое понятие «система» применяют при построении ИИ?
В разработке систем искусственного интеллекта используется определение, которое восходит к Берталанфи: «система — это множество элементов, находящихся во взаимодействии». Уровень системной организации — $C = 2$ (элементы + взаимодействия), в лучшем случае $C = 3$ (если добавляется структура).
Конкретно в ИИ «система» описывается практически так: freshconsulting.com +1
- Входы: данные и искусственные нейроны
- Преобразование: анализ и обучение (машинное обучение, обработка)
- Выходы: прогнозы, решения, рекомендации
- Обратная связь: коррекция по результату
То есть «система» в ИИ — это функциональный конвейер: данные приходят, алгоритм их перерабатывает, выдаёт результат, результат корректирует процесс. Это $S_1$ (элементы — данные, нейроны) + $S_2$ (взаимодействия — связи между нейронами, обработка) + отчасти $S_3$ (структура — слои сети, архитектура).
Чего нет:
| Инварианта | В ИИ | В ГДС |
| $S_1$ — элементы | Есть (нейроны, данные) | Есть |
| $S_2$ — взаимодействия | Есть (весовые связи) | Есть |
| $S_3$ — структура | Частично (архитектура слоёв) | Есть |
| $S_4$ — целостность | Не выделена как инварианта — эмерджентность фиксируется как факт («сеть обучилась»), но не оперируется | Есть |
| $S_5$ — иерархия | Не выражена в явном виде — подразумевается, но не формализована как вложенность | Есть |
Это ровно та ситуация, которую Малюта описывает на примере завода из двух цехов: иерархия подразумевается, но не отображается в явном виде — «эффект айсберга», когда рисуется одно, а подразумевается другое. Для человека это работает. Для ЭВМ — нет, потому что у машины нет стереотипов восприятия, позволяющих «читать между строк».
Суть проблемы
Современный ИИ работает на уровне системной организации $C \leq 3$. Объекты, для которых он строится (интеллектуальные системы, социотехнические комплексы, человекоразмерные среды), имеют уровень $C = 5$. Нарушено требование адекватности: $C_M < C_O$.
Именно поэтому:
- нейронная сеть может распознать образ, но не может объяснить, почему она его распознала (нет $S_4$ как оперируемой инварианты);
- ИИ не может корректно моделировать многоуровневые иерархические системы (нет $S_5$);
- нет формального аппарата для описания воли и выбора (нет $P_H^{(m)}$);
- «галлюцинации» и непредсказуемое поведение — следствие того, что модель с $C = 3$ применяется к объекту с $C = 5$.
Если бы при построении ИИ использовалось определение системы через $S = \sum S_i$ с полным набором инвариант и принципом гомоцентризма, модель была бы адекватна объекту — и многие из этих проблем снимались бы не косметически, а структурно.
Подмена «мыследеятельности» на «деятельность» — не просто терминологическая небрежность, а принципиальное искажение, которое меняет весь смысл подхода Щедровицкого.
В чём суть подмены
Мыследеятельность у Щедровицкого — это не «деятельность, в которой есть мышление» и не «мышление о деятельности». Это единый процесс, в котором мышление и действие неразделимы. Структура мыследеятельности включает:
- Мышление (работа со знаками, схемами, понятиями)
- Действие (практическое изменение объекта)
- Коммуникацию (передачу смыслов между участниками)
- Рефлексию (остановку и осмысление того, как мы действуем)
- Понимание (схватывание смысла ситуации)
Когда говорят просто «деятельностный подход», отсекается всё, кроме действия. Получается, что Щедровицкий якобы предлагает «перестать пялиться на объект и заняться действием». Но он говорил другое: перестать пялиться на объект и обратиться к аппарату мышления, встроенному в действие — то есть к схемам, понятиям, способам фиксации, рефлексии.
Почему это «досадно для науки»
Подмена создаёт ложную альтернативу: либо объект (онтология), либо действие (праксиология). А мыследеятельность — это третье, чего эта дихотомия не схватывает: единство мышления и действия, где объект конструируется средствами схематизации, а схемы проверяются через действие.
Именно поэтому Щедровицкий и говорит, что систему нельзя определять через объект — но нельзя и через действие. Система — это форма фиксации мыследеятельности, результат работы схем, понятий и рефлексии, а не просто «то, что мы делаем с объектом».
Как это связано с Малютой
Получается интересная картина. Щедровицкий нащупал важнейший момент — объект задаётся не только природой, но и аппаратом мышления. Но его схемы мыследеятельности остались неформализованными — они工具 для организации коллективного мышления, но не алгоритм.
Малюта, по сути, берёт ту же интуицию (объект не дан, а задаётся) и доводит её до формализации: инварианты — это то, что остаётся неизменным независимо от того, какой аппарат мышления применяется. Но при этом инварианты выражены на символическом языке, который алгоритмизируем.
То есть там, где Щедровицкий говорит «обратитесь к аппарату мыследеятельности», но не даёт формального языка, Малюта говорит: вот формальный язык, на котором этот аппарат может быть описан, и вот инварианты, которые этот язык фиксирует.